Название:

Директива СНБ-68 (NSC-68) (часть 2)


Автор: Allen Dulles | Дата: 14-02-2010, 10:05 | Раздел: Факты
В. Военные

Соединенные Штаты в настоящее время располагают наибольшим военным потенциалом в мире. Слабостью Соединенных Штатов в сравнении с Советским Союзом является незначительная численность вооруженных сил и людских ресурсов в целом.
Помимо недостаточной численности действующих вооруженных сил, Соединенные Штаты также не имеют подготовленных позиций, на которых в случае войны можно было бы развернуть войска.
Действительно, сегодня вооруженные силы CШA сильнее, чем когда-либо. Однако правда и то, что наша реальная военная мощь не соответствует взятым нами на себя обязательствам. Вместе с тем это несоответствие не является единственным решающим фактором. Главным фактором наравне с обязательствами является международная ситуация, следовательно, наша военная мощь должна в большей степени соответствовать текущей международной ситуации. А при сопоставлении имеющейся у нас военной силы с ситуацией в мире становится очевидным факт наличия у нас недостаточной военной силы, что подвергает нас опасности.
Если война начнется в 1950 году, Соединенные Штаты и их союзники будут обладать военным потенциалом, достаточным для оборонительных действий с целью обеспечения защиты Западного полушария, военных баз в западной части Тихого океана и основных военных коммуникаций. Однако этого потенциала будет недостаточно для защиты основных военных баз на терри­тории Великобритании и на Ближнем Востоке. При этом мы будем обладать необходимыми силами для проведения крупномас­штабных военно-воздушных операций на основные объекты ВПК Советского Союза.
Масштаб операций, перечисленных в предыдущем параграфе, ограничивается количеством имеющихся в распоряжении у CШA и союзников военных сил и материальной базы. Принимая во внимание стоящую перед нами угрозу, а также имеющиеся стра­тегические планы, CШA должны предоставлять своим союзникам военную помощь, однако объемы подобной помощи не должны идти в ущерб возможностям обеспечивать наши собственные военные нужды.
Если военный потенциал Соединенных Штатов и их союзников будет быстро и эффективно увеличен, то можно будет сфор­мировать вооруженные силы, достаточные для предотвращения войны, или, если Советский Союз предпочтет начать войну, отра­жения первого советского наступления, стабилизации положения для подготовки ответных действий и нанесения ответного удара, возможно, даже более мощного, чем первоначальный удар Советов. Если посмотреть на это исключительно с военной точки зрения, то потребуется не только создание необходимых вооруженных сил, но и разработка и накопление достаточного количества современного вооружения.
При нынешних условиях существенное увеличение вооруженных сил может быть достигнуто за 2 - 3 года. В случае чрезвычайной ситуации или в случае начала войны такие военные силы могут быть созданы в несколько более короткий срок, правда, это потребует максимальных усилий со стороны государства. Тем не менее увеличение военного потенциала в мирное время должно согласовываться как с его возможным применением в войне, с реализацией краткосрочных и долгосрочных внешнеполитических программ в отношении Советского Союза, так и с реалиями создавшейся ситуации. Если мы сейчас возьмем курс на наращивание нашего военного потенциала, то мы получим возможность ликвидировать дисбаланс между имеющейся военной мощью и требуемой, а со временем и завладеть инициативой в холодной войне и значительно отложить, если не остановить, советское на­ступление в ходе самой войны.

VII. СОВРЕМЕННЫЕ РИСКИ

А. Общие

Из предыдущих разделов становится очевидным тот факт, что целостность и жизнестойкость нашей системы находятся сейчас в большей опасности, чем когда-либо за всю историю. Даже если бы не было Советского Союза, мы все равно стояли бы перед серьезной проблемой свободного общества, многократно обострившейся в индустриальную эпоху и заключающейся в примирении понятий порядка, безопасности, потребности в партнерстве с требованиями свободы. Мы также бы пришли к выводу, что в нашем тесном мире отсутствие порядка среди государств становится все менее и менее терпимым. План Кремля ставит целью навязать государствам порядок способом, который разрушит нашу свободную и демократическую систему. Обладание Кремлем атомным оружием дает ему еще один рычаг давления, который способствует осуществлению его плана и ставит нашу систему перед лицом еще большей опасности, что способствует появлению дополнительного напряжения. Кроме того, это поднимает вопрос: окажется ли мир способен выносить подобное напряжение, не отойдя к какому-нибудь другому типу устройства на чьих-либо условиях?
Новые риски, с которыми мы сталкиваемся сейчас, соответствуют масштабу тотальной борьбы, которую мы ведем. для свободного общества не существует полной победы - свободу и демократию невозможно получить в полной мере раз и навсегда. Общество постоянно находится в борьбе за достижение этих ценностей. Вместе с тем поражение от рук тоталитарного режима означает окончательное поражение. Эти риски подобны снежной лавине, обрушивающейся на нас в этом тесном мире поляризованной власти, и у нас нет иного выбора, кроме как дать им эффективный отпор либо оказаться погребенными под ними.

Б. Специфические

Советская идеология и предпринимаемые действия почти не оставляют сомнений в том, что Кремль ставит перед собой цель подчинить себе весь свободный мир, используя при этом методы холодной войны. Излюбленные технические приемы Кремля ­диверсия и запугивание, каждый институт нашего общества воспринимается им в качестве мишени для насмешек, кроме того, он пытается использовать его против нас. Профсоюзы, общественные организации, школы, церкви, все средства массовой инфор­мации, влияющие на общественное мнение, - все, что связано с понятиями нашей физической и духовной силы становится для него основной целью. СССР пытается заставить их не столько служить его собственным задачам, сколько саботировать реали­зацию наших, что приведет к появлению неоднозначности в нашей экономике, культуре и политике. Многоплановость и разно­сторонность, являющиеся частью свободной системы, свойственные ей слабости и проблемы, права и привилегии свободных людей, а также некоторая степень дезорганизации, явившейся следствием последней атаки на наши свободы, - все это создает условия, благоприятствующие осуществлению Кремлем своего черного плана. Принципы, на которых строятся свобода и демо­кратия, ограничивают наши возможности по принятию ответных мер, и Кремль открыто злоупотребляет этим. Ведь для тех, кто считает, что "моральные нормы - это то, что отвечает интересам революции", не существует принципов.
Все то, чем мы и другие свободные страны можем гордиться, является удобной мишенью для нападок. Согласно плану Кремля любая возможность безнаказанно оскорбить нас или унизить достоинство нашей страны, нашей системы, наших мотивов или на­ших методов не должна быть упущена. Аналогичным образом способы, которыми мы пытались поправить состояние нашей экономики в ЗО-х годах и стараемся теперь помочь экономике свободного мира, также подвергаются нападкам. Военная помощь, предоставляемая нами другим странам свободного мира, заклеймена коммунистами еще в самом начале Второй мировой войны. Подобным образом осуждаются наши сегодняшние усилия по созданию нормальных вооруженных сил для нас и наших союзников.
В то же время Советский Союз сам пытается создать мощнейшую военную машину, необходимую ему для реализации стратегии запугивания. Его собственное восприятие силы заставляет его пытаться продемонстрировать миру то, что сила и власть ее использовать принадлежат только Кремлю, а те, кто не обладает силой, пребывают в упадке и обречены на гибель. Если речь идет о локальных конфликтах, то здесь Кремль также прибегает к запугиванию и пытается оказать давление, преследуя при этом свои конкретные цели и пытаясь посеять в свободном мире волнение и пораженческие настроения.
Факт обладания каждым из полюсов атомным оружием, а также неспособность (по различным причинам) сторон доверять друг другу делают вариант "неожиданной войны" против нас весьма привлекательным. Кроме того, Кремль делает ставку на более жестокое и безжалостное исполнение своего плана средствами холодной войны, особенно если учесть то, что Кремль объективен в оценках и понимает, что мы не нанесем превентивного удара. Не стоит также забывать о привлекательности "малой" агрессии против других стран, так как в Кремле понимают наше нежелание инициировать атомную войну до тех пор, пока мы сами не подвергнемся прямой агрессии.
Сейчас мы подвержены всем этим рискам. Кроме того, существует вероятность оказаться поверженными в результате нашей неспособности проанализировать, выбрать и затем твердо придерживаться определенного курса.
Риск того, что мы будем либо лишены возможности, либо еще долго не сможем предпринимать все необходимые меры для поддержания целостности и жизнестойкости нашей системы, достаточно высок. Еще выше риск того, что наши союзники утратят свою решимость. Однако самым большим риском является то, что мы будем предпринимать недостаточные или несвоевременные меры, что явится причиной недоверия и взаимных обвинений, а это станет неуклонно сужать возможность выбора до все более безысходных вариантов. Например, весьма очевидно, что нынешние слабые места не позволят нам оказывать эффективное сопротивление. Мы должны ясно дать понять, что невозможность сдерживания может стать причиной глобальной войны на полное уничтожение, только так мы сможем обуздать натиск Кремля.
Риск оказаться перед скудным выбором между капитуляцией или ввязыванием в мировую войну уже сам по себе не внушает оптимизма. Однако стоит учитывать, что этот вариант также ослабляет наши позиции в холодной войне. Вместо того чтобы про­изводить впечатление сильной нации, готовой принять волевое решение, мы производим впечатление нерешительной и отчаян­ной нации, во всяком случае, мы недалеки от этого. Тем не менее идет холодная война, и мы обязаны ее выиграть, так как и план Кремля, и наша основная цель ставят эту войну во главу угла.
Тем не менее, как следует из проведенного в главе IX анализа, срыв планов Кремля не может быть осуществлен нами в одиночку. Мощь центра, т. е. Соединенных Штатов, является лишь одним из двух обязательных условий. Вторым условием является недопу­щение принятия нашими союзниками (в том числе и потенциальными) статуса нейтралитета из-за неверия в победу или из-за запугивания со стороны СССР, так как это приведет к установлению контроля Кремля над этими странами. Если бы события в Германии развивались по подобному сценарию, последствия для Западной Европы и для нас оказались бы катастрофичными.
Вместе с тем усиление наших позиций также связано с определенными рисками, так как это потребует от американского народа самопожертвования и самодисциплины. Американцам придется отказаться от некоторых благ, которыми они могли бы пользоваться в рамках своих свобод. Не может быть ничего важнее, чем полное осознание мотивов, побуждающих нас идти на подобную жертву. Здесь очевиден риск поверхностного понимания и неадекватной оценки этих вопросов. А это может привести к принятию мер, представляющих опасность для целостности нашей системы. Кремль в любой момент может начать войну или зайти слишком далеко, проверяя нас на прочность. Это и есть то, чем мы рискуем, когда пытаемся упрочить свою позицию. Вместе с тем эти риски несравнимо меньше тех, от которых мы стараемся себя обезопасить. Более вероятной преградой на пути к до­стижению нашей основной цели может стать слабая воля, необходимая для удержания завоеваний, а не наши возможные ошибки или критика того, что мы эту волю проявляем. История не знает ни одного примера, когда какому-либо народу удавалось бы сохранить свою свободу, если этот народ полагал, что, не имея достаточно сил для самозащиты, он сможет убедить своих врагов в отсутствии у него агрессивных намерений.

VIII. АТОМНОЕ ОРУЖИЕ

А. Военная оценка атомного потенциала США и СССР
1. В настоящее время Соединенные Штаты обладают достаточным атомным потенциалом (с точки зрения количества атомного оружия и средств его доставки), способным при условии его эффективного применения нанести серьезный урон военно-про­мышленным мощностям СССР. Однако сомнительно, что подобный удар, даже если он приведет к полному уничтожению наме­ченных целей, вынудит Советский Союз просить о мире или помешает советским вооруженным силам оккупировать Западную Европу, преодолев сопротивление наземных войск, которые могли бы быть мобилизованы. Однако мощный упреждающий удар мог бы уменьшить возможности СССР по обеспечению военных структур и гражданского населения, предоставив Соединенным Штатам возможность развить свое военное превосходство, если война затянется на длительный срок.
2. По мере роста атомного потенциала у СССР появится возможность нанести удар по нашим атомным объектам, что затруднит проведение упомянутой выше наступательной операции. Вполне возможно, что в ближайшем будущем у Советского Союза по­явится достаточное количество атомных бомб и средств их доставки. Это поднимет вопрос возможности использования Британ­ских островов в качестве основного плацдарма США для нанесения ударов по советским позициям, так как очевидно, что имеющиеся силы ПВО не смогут обеспечить должную защиту архипелага.
Согласно нашим оценкам, в ближайшие четыре года атомный потенциал СССР достигнет уровня, который позволит ему при­чинить серьезный ущерб жизненно важным центрам на территории Соединенных Штатов при условии, что подобный удар будет нанесен неожиданно и что он не встретит более мощного отпора, чем тот, который предполагается нами сейчас. Подобный удар может нанести США настолько серьезный урон, что их экономический потенциал существенно сократится.
Эффективное противодействие Советам в подобной ситуации потребует создания значительно более совершенной системы оповещения о воздушном нападении, системы ПВО, а также активной разработки и внедрения программы гражданской обороны, которая должна взаимодействовать с военными системами.
Со временем атомный потенциал СССР увеличится до такой степени, что при условии внезапности и не более эффективного противодействия, чем то, которое нами сейчас планируется, нельзя будет исключать возможности нанесения превентивного удара.
З. На начальных этапах атомной войны выгоды от внезапности и инициативы будут весьма велики. Полицейское государство, существующее за железным занавесом, обладает куда большим преимуществом и в вопросах поддержания должного уровня бе­зопасности, и в вопросах принятия решений, необходимых для того, чтобы воспользоваться этим преимуществом.
4. Сейчас наши возможности по нанесению ответного удара с использованием атомного оружия, возможно, способны удержать Кремль от прямой военной агрессии против нас или других свободных народов. Однако когда Кремль поймет, что обладает достаточным атомным потенциалом, чтобы нанести по нам внезапный удар и тем самым ликвидировать наше превосходство в атомном оружии, что параллельно создаст ситуацию, которая неоспоримо будет играть на руку Кремлю, он может попытаться соблазну нанести внезапный и тайно подготовленный удар. Поэтому в подобной ситуации наличие у двух стран большого запаса атомного оружия может сыграть роль фактора, не сдерживающего, а провоцирующего войну.
5. Дальнейшее увеличение количества и мощности нашего атомного оружия обеспечит эффективность любого ответного удара США, но, по-видимому, не изменит логики изложенного выше. для получения гарантий того, что свободный мир выживет в результате внезапного атомного удара СССР (такой мощности, которой, как предполагается, СССР будет располагать к 1954 году) и будет в состоянии продолжить путь к достижению своих целей, необходимо значительное увеличение мощи военно-воздушных, сухопутных и военно-морских сил и совершенствование системы ПВО и гражданской обороны. Кроме того, рост военной мощи позволит не только сохранить, но и увеличить нашу способность нанести ответный удар, что тем самым на некоторое время отдалит тот день, когда Советский Союз сочтет, что нанесение внезапного удара предоставит ему целый ряд преимуществ. Это даст дополнительное время, в течение которого мы должны будем пытаться изменить советскую систему политическими сред­ствами.
6. Если СССР разработает термоядерное оружие раньше Соединенных Штатов, то это приведет к значительному увеличению рисков, связанных с усилением давления со стороны СССР на свободный мир, а также риск нападения на США.
7. Если США разработают термоядерное оружие раньше Советского Союза, они смогут в течение какого-то времени оказывать усиленное давление на СССР.

Б. Накопление и применение атомного оружия
1. Из проведенного выше анализа можно заключить, что эффективное исключение ядерного оружия из нашего военного арсенала мирного времени отвечало бы долгосрочным интересам Соединенных Штатов. Глава IX дает представление о дополнительных задачах, стоящих перед нами в случае наличия реальных перспектив ликвидации ядерного оружия. Если исключение ядерного оружия из арсенала и достижение поставленных задач не представляются возможными, то у нас нет другого выхода, кроме как наращивать свой атомный потенциал максимально быстро. В любом случае важно обеспечить быстрое увеличение военно-воздушных, сухопутных и военно-морских сил общего назначения (наших и союзных) до таких масштабов, чтобы в военном отношении мы не так сильно зависели от ядерного оружия.
2. Как уже говорилось в главе IV, важно, чтобы Соединенные Штаты применяли военную силу только в том случае, если необ­ходимость ее использования очевидна, неизбежна и находит поддержку у подавляющего большинства граждан. Следовательно, Соединенные Штаты могут вступать в войну только в случае прямой и дерзкой агрессии против них; граждане США должны одо­брить применение силы. Более того, применение нами силы должно быть сообразно задачам, с которыми нам, возможно, при­дется столкнуться, и направлено на достижение наших целей.
В случае войны с СССР следует ожидать, что ядерное оружие будет использоваться каждой из сторон таким образом, который будет в наибольшей степени отвечать ее целям. Ввиду нашей уязвимости перед советской атомной атакой нам следует использо­вать атомное оружие только для нанесения ответного удара по СССР. Д,ля того чтобы быть в состоянии сделать это, не утратив при этом надежды на осуществление наших целей, неатомный военный потенциал США и наших союзников должен быть мак­симально реализован. Следует также досконально изучить слабые стороны политического курса СССР и воспользоваться ими. Однако мы не можем быть уверены в том, что в случае войны мы также сможем идти к достижению наших целей, а СССР при этом не применит против нас атомного оружия. Лишь обладая подавляющим атомным преимуществом и имея полное превосход­ство в воздухе, мы сможем разубедить СССР применять имеющееся у него атомное оружие, параллельно продвигаясь к дости­жению наших целей.
Если наши прогнозы относительно атомного потенциала СССР, которым он будет обладать к 1954 году, окажутся верными, то можно предположить, что в случае войны советские лидеры вряд ли воздержатся от использования атомного оружия, если они не будут полностью уверены в том, что смогут достичь своих целей другими путями.
Если мы прибегнем к использованию атомного оружия либо в качестве ответного удара после того, как на подобный шаг решится СССР, либо из-за отсутствия альтернативного способа достижения поставленных целей, необходимо, чтобы стратегические и тактические мишени, против которых оно используется, а также характер его применения согласовывались с нашими целями.
Из всего вышеперечисленного можно сделать вывод, что нам следует ориентироваться на ПРОИЗВОДСТВО и создание запасов термоядерного оружия (при условии возможности осуществления подобного проекта и его целесообразности с точки зрения увеличения совокупного военного потенциала). Однако сейчас еще недостаточно информации о возможностях этого оружия, поэтому судить о его возможном применении в войне еще рано.
З. Предполагается, что мы объявим о том, что мы не будем применять атомное оружие, за исключением случаев нанесения от­ветного удара после соответствующего шага агрессора. Утверждается, что подобное заявление снизит угрозу атомного удара по Соединенным Штатам и их союзникам.
При низкой степени готовности обычных видов вооружения, имеющей место в настоящее время, подобное заявление может быть интерпретировано СССР как признание нашей слабости, тогда как наши союзники могут расценить это как попытку выйти из союзных соглашений. Более того, весьма сомнительно, что подобное заявление будет воспринято Кремлем достаточно серьезно для того, чтобы как-то повлиять на принятие решения о нападении на США. Кремль будет проводить детальный анализ наших возможностей, а не принимать в расчет простое заявление о намерениях по их использованию.
Если мы намерены следовать нашему курсу, то нам не следует делать подобных заявлений, до тех пор пока мы не будем уверены в том, что сможем реализовать наши цели без развязывания войны, а в случае войны - без использования атомного оружия в решении стратегических или тактических задач.

В. Международный контроль над атомной энергией
1. Разбор основных соображений об обеспечении эффективного международного контроля необходим для четкого понимания необходимости достижения дополнительных целей, обозначенных в главе IX.
2. Ни одна система международного контроля не сможет предотвратить производство и использование атомного оружия в случае затяжной войны. Даже самая эффективная система международного контроля способна гарантировать только: а) изъятие ядерного оружия из военного арсенала мирного времени и б) незамедлительное оповещение о нарушении данного положения. В принципе задача эффективного международного контроля - обеспечить наличие некоторого времени между нарушением положений и реальным использованием атомного оружия в войне.
З. Обеспечиваемый системой контроля временной промежуток между нарушением положений и возможным применением атомного оружия в войне зависит от целого ряда факторов.
Демонтаж существующих атомных бомб а также уничтожение их оболочек и запалов не является гарантией наличия времени. Оболочки и запалы можно с легкостью произвести, причем даже втайне, а сборка бомбы не требует много времени.
Если бы существующие запасы делящихся веществ удалось както уничтожить, а в будущем полностью контролировать их произ­водство, то война не началась бы с внезапной атомной атаки.
С тем чтобы гарантировать наличие достаточного количества времени между нарушением положений и созданием необходимого количества атомного оружия, необходимо уничтожить все заводы, способные в больших количествах производить делящиеся материалы. Однако подобный план требует наложения моратория на проекты, связанные с мирным атомом, для которых могут требоваться значительные объемы делящегося вещества.
Осуществление эффективного контроля над производством И хранением сырья также может продлить время, на которое гарантируется безопасность. Однако теперь, когда русские располагают технологией производства атомного оружия, время между нарушением международного соглашения и производством атомного оружия существенно сократилось по сравнению с 1946 годом, когда подобные оценки и производились. Исключения могут составлять лишь термоядерные технологии и другие новые типы вооружения.
4. Достоверность сведений о нарушении положений также зависит от ряда факторов. В отсутствие добропорядочности воз­можность построения системы, гарантированно оповещающей о нарушении соглашения, представляется сомнительной. для того чтобы предотвратить какое-либо тайное нарушение международных соглашений, необходимо, чтобы сырье и делящиеся мате­риалы находились в собственности международного сообщества; кроме того, в международном владении должно находиться все опасное производство. При этом должен обеспечиваться постоянный и неограниченный доступ на все территории Советского Союза (равно как и на территории других государств, подписавших соглашение). Вполне возможно, что по мере наращивания СССР запасов делящихся материалов растут также и резервы, которые СССР скрывает от инспекций. Поэтому чем быстрее со­глашение вступит в полную силу, тем большую безопасность оно сможет гарантировать. Вероятность налаживания Советами тай­ного производства также возрастает с появлением разработок, способных сократить размер и энергопотребление отдельных ре­акторов. Создание термоядерного оружия многократно увеличит ущерб, наносимый обычным атомным оружием. Это означает, что получение значительного преимущества может быть достигнуто за счет тайных разработок.
5. Следует также принять во внимание и некоторые ограничения, сопряженные с внедрением международного контроля. Если бы было возможно договориться о формировании эффективной системы международного контроля, то США предположительно пожертвовали бы большими запасами ядерного оружия и производственными мощностями, нежели СССР. Однако открытие го­сударственных границ для международных проверок, являющихся частью системы контроля и инспекции, имело бы большее воз­действие именно на СССР, а не на США. Если система контроля будет подразумевать ликвидацию всех крупных реакторов и вве­дение моратория на определенные программы мирного назначения, то СССР будет настаивать на том, что вследствие большей потребности в новых источниках энергии ему придется идти на большие жертвы, чем США.
6. Соединенные Штаты, как и другие страны в своей общей массе, жаждут передышки от постоянной угрозы атомной войны. Вместе с тем существует опасность того, что подобная передышка будет непродолжительной и мы будем не в состоянии отследить, когда она кончится. В целях соблюдения интересов США важно, чтобы при заключении соглашения стороны руководствовались принципами добросовестности, а также были предприняты меры, обеспечивающие их соблюдение.
1. Наиболее существенным вкладом в формирование системы эффективного международного контроля, безусловно, было бы открытие границ Советского Союза, как это предполагает план ООН. Такой путь, однако, несовместим с поддержанием СССР его нынешнего статуса. И это является главной причиной, по которой СССР отказывается принять план ООН.
Исследования, начатые с образованием Комиссии АчесонаЛилиенталя (Acheson-Lilienthal), результатом которых стала разработка плана ООН, подтвердили, что одно лишь инспектирование объектов атомной энергетики еще не дает гарантий контроля. Кроме этого, необходимо, чтобы атомные объекты (от рудников по добыче до мощностей для конечного использования) принадлежали международному органу и управлялись им. Предполагаемая независимость этого органа отвечает интересам эффективного контроля, который необходим США и свободному миру в такой же степени, в какой он неприемлем для СССР.
Также вполне очевидно, что основополагающим моментом здесь является независимость контролирующего органа от давления со стороны СССР. Советский Союз воспринимает любой неподконтрольный ему режим как подконтрольный, по крайней мере потенциально, Соединенным Штатам, поэтому условия, выдвигаемые США и несоветским миром, встретят категорическое неприятие со стороны Советского Союза.
Главной выгодой от установления международного контроля стала бы невозможность нанесения внезапного атомного удара. Это предполагает ликвидацию крупных реакторов и запасов делящихся материалов. Вместе с тем с изрядной долей уверенности можно прогнозировать, что Советский Союз согласится на ликвидацию крупных реакторов только в том случае, если будет не­опровержимо доказана непрактичность использования атомной энергии в мирных целях. Не согласится он сейчас и на ликвида­цию своих запасов делящихся материалов.
Наконец, нам следует исходить из недобросовестности намерений СССР, до тех пор пока мы не увидим реальных перемен в со­ветской политике. Довольно сомнительно, что подобные перемены могут произойти без изменений сути самой советской системы.
Приведенные аргументы свидетельствуют о том, что, прежде чем будет возможно начать обсуждение эффективной системы международного контроля, должен произойти серьезный сдвиг в раскладе сил между США и Советским Союзом. для того чтобы такое соглашение стало возможным, Советскому Союзу пришлось бы стать на длинный путь примирения и поисков компромиссов. Этот вывод поддерживается в Третьем докладе Комиссии ООН по атомной энергии Совету Безопасности от 17 мая 1948 года. В частности, там сказано: " ... комиссия оказалась не в состоянии добиться ... принятия ими характера и масштабов участия мирового сообщества, требуемого от всех государств в этой сфере ... В результате комиссия вынуждена признать, что выполнение соглашения по эффективным мерам контроля за атомной энергией напрямую зависит от уровня общего политического взаимодействия".
В целом нет смысла надеяться на обсуждение эффективного плана международного контроля, пока Кремль стремится к осу­ществлению своего плана и пока не начнется процесс подлинных перемен в советской политике.



IX. ВОЗМОЖНЫЕ ВАРИАНТЫ НАШИХ ДЕЙСТВИЙ
Bвegeнue. В нынешней ситуации можно выделить четыре возможных варианта действий для Соединенных Штатов, а именно:
а) Следование текущему курсу, включая уже реализуемые, а также планируемые к реализации программы.
б) Изоляция.
в) Война.
г) Ускоренное по сравнению с тем, что предполагает пункт (а), наращивание политической, экономической и военной мощи свободного мира, чтобы достигнуть по возможности приемлемого порядка в международных отношениях и подготовиться к обо­роне в случае нападения на свободный мир.

Роль переговоров. Возможность ведения переговоров должна рассматриваться в качестве дополнения к выбранному варианту действий. Переговорщик всегда пытается прийти к соглашению, которое выгодно отличается от действительности, но ни в коем случае не ухудшает имеющееся положение дел. Это в равной степени относится и к отношениям между суверенными государст­вами, и между людьми. При ведении переговоров по любым вопросам Советский Союз имеет несколько преимуществ перед свободным миром:
а) Он может позволить себе держать в тайне все существенные факты, касающиеся действительного положения дел в СССР. Следовательно, он располагает более подробными сведениями о реалиях свободного мира, нежели свободный мир о нем.
б) Он может позволить себе игнорировать общественное мнение.
в) Он не нуждается ни в переговорах с другими странами, ни в их согласии в отношении предлагаемых или принимаемых им условий.
г) Он способен оказывать влияние на общественное мнение других стран, при этом изолируя от внешнего воздействия народы, контролируемые им.
Это дает СССР серьезные преимущества. Принимая во внимание наше неблагоприятное положение, эти преимущества Советов препятствуют, как показано далее в разделе А, проведению переговоров по достижению договоренностей общего характера. Хотя Соединенные Штаты, вероятно, располагают атомным вооружением, достаточным для нанесения серьезного удара по Советскому Союзу, что будет первым шагом к победе в этой долгой войне, этого мало для укрепления позиций США в холодной войне.
Проблема заключается в необходимости создания в свободном мире таких политических и экономических условий (под­крепленных при этом военной мощью, необходимой для сдерживания советского наступления), что Кремль будет вынужден подстраиваться под них, постепенно отказываясь от выбранного курса. В конце концов это вынудит его кардинально изменить свой политический курс. Как следует из главы VIII, действительно эффективный контроль за атомной энергией потребует от Со­ветского Союза открытости, подтверждения добросовестности намерений и стремления сосуществовать в мире. Это должно стать свидетельством идущих или хотя бы начинающихся перемен в советской системе.
Естественно, что при нынешних обстоятельствах мы не сможем вести переговоры по выработке соглашения, которое позволяло бы надеяться на перемены в советской системе. В чем же тогда заключается роль переговоров ?
Во-первых, общественность Соединенных Штатов и других свободных стран будет требовать от свободного мира постоянной готовности к переговорам с Советским Союзом на равноправных началах. В США и за рубежом бытует мнение, согласно которому заключение соглашений с СССР на равных началах все-таки представляется возможным. Эта точка зрения будет преобладать, если Советский Союз начнет выражать готовность пойти на компромисс, даже по незначительным вопросам.
Следовательно, свободные страны должны быть всегда готовы проводить переговоры и брать в переговорном процессе инициа­тиву в свои руки. Им следует подготовить пере говорные позиции по вопросам, в которых они были бы готовы к поиску компромисса с Советским Союзом, а также по его условиям и этапам данного процесса. Условия соглашений должны быть честными с точки зрения общественного мнения свободного мира. Это означает, что они должны предусматривать установление эффективного контроля над всеми видами вооружений со стороны ООН либо организации-преемницы и не противоречить положениям Устава ООН. Не следует требовать от Советского Союза чего-либо кроме этого и конструктивного сотрудничества в рамках международной организации. Эти условия заведомо неприемлемы для Кремля, и даже если он согласится с ними, вряд ли он будет добросовестно относиться к их выполнению. Вот тогда-то и станет очевидна неспособность Кремля к позитивному партнерству без радикального изменения политического курса, а следовательно, и всей системы.
В рамках идеологического конфликта первостепенное значение имеют твердые переговорные позиции. Решившись укреплять свой потенциал, США могут предлагать методы урегулирования споров, придерживаясь основных положений выступления Госсекре­таря в Беркли, однако это может стать лишь нашей краткосрочной тактикой!. Тем не менее параллельно с принятием решения об усилении позиций свободного мира было бы целесообразно следовать данной тактической линии, так как это позволило бы заручиться общественной поддержкой и в то же время минимизировать риск войны. для США сейчас крайне важно определить свою переговорную позицию и согласовать ее с союзниками.
Во-вторых, если США и другие свободные государства примут решение наращивать мощь свободного мира, а Кремль сделает выбор в пользу умеренного курса и поиска компромиссов, то помере расширения сфер сотрудничества необходимость в перего­ворах все равно будет возникать.
В переговорах с США Кремль ставит перед собой три основные задачи. Первая - ликвидация атомного потенциала США. Вторая - предотвращение эффективной мобилизации превосходящего по человеческим и материальным ресурсам потенциала свободного мира. Третья - вывод вооруженных сил США из Европы и Японии. Готовность СССР пойти на серьезные уступки в ходе переговоров будет зависеть от его оценки соотношения собственных сил с силами, имеющимися в распоряжении Запада; особенно от возможностей и желания последнего противостоять Кремлю. Однако нынешняя оценка Кремлем сложившейся ситуации вряд ли станет причиной существенных уступок с его стороны.
С другой стороны, цели США и других свободных стран на переговорах с СССР (помимо уже обозначенных идеологических) заключаются в обеспечении принятия Советским Союзом новой политической, идеологической и экономической ситуации в ми­ре, которая станет следствием принятия четвертого плана действий. Не стоит забывать, что это будет сопровождаться повыше­нием нашего военного потенциала, что является неотъемлемой частью вышеуказанного плана. Резюмируя, можно сказать, что нашей задачей является обеспечение сдачи Советским' Союзом его позиций, по возможности подчеркивая преимущества пере­говорного процесса перед применением силы.
Осмелимся предположить, что Кремль пойдет на подобные соглашения, только если будет уверен в существовании возможности безнаказанно их нарушать и вследствие чего получать от них большую выгоду, чем свободный мир. Исходя из этого, нам следует принять меры по обеспечению возможности принудительного соблюдения данных соглашений и недопущению их скрытого на­рушения, а также возможности принятия ответных мер, если подобное все-таки произойдет.
Это соответственно предполагает, что нам нужно будет тщательно проработать порядок заключения соглашений. Соглашение по контролю за атомной энергией приведет к большему разоружению США в относительных показателях, нежели Советского Союза, даже если исходить из предположения, что свободный мир сможет в значительной степени увеличить потенциал обычных видов вооружения. Советский Союз может пойти на заключение этого соглашения, планируя при этом выступить против Западной Европы и других стратегически значимых регионов с обычными военными силами и вооружением. В этом случае США окажутся втянутыми в войну, будучи лишенными своего самого мощного оружия. Следовательно, нам придется вновь вступать в гонку повторного создания атомного оружия.
По этим причина м Соединенным Штатам и другим свободным странам, видимо, придется настаивать на параллельном заключе­нии соглашений по контролю за неядерными вооружениями. Кроме того, возможно потребуется достижение компромисса и по другим вопросам: мирные договоры с Германией, Австрией и Японией и отказ СССР от давления на государства-сателлиты. Если вопреки нашим ожиданиям Советский Союз примет соглашения, гарантирующие эффективный контроль за атомной энергией и обычными видами вооружения, и при этом откажется изменить направленность политического курса, то нам придется серьезно подумать над целесообразностью заключения таких договоренностей. Тем не менее вероятность возникновения подобной ситуации крайне мала.
Гибкость, которой мы сможем обладать на переговорах (необходимость которых может возникнуть), будет зависеть от того, насколько Соединенные Штаты и остальной свободный мир преуспеют в наращивании мощи обычных видов вооружения, необ­ходимой для предотвращения или сдерживания советского нападения с использованием аналогичного вооружения.
В-третьих, помимо укрепления уже обозначенных выше идеологических позиций, переговоры также смогут играть определенную роль и в усилении физических позиций свободного мира. В данном контексте наиболее показательным является при мер Германии, Австрии и Японии. Если свободные страны намерены и в будущем укреплять свой потенциал, то им имеет смысл заключить с Японией, Западной Германией и Австрией сепаратные соглашения, позволяющие привлечь силы и ресурсы этих стран в поддержку свободного мира. Однако если с помощью попытки договориться с СССР не удастся доказать, что СССР не готов подписать мирные договоры, которые позволят этим странам гарантированно обрести свободу, стать членами ООН, участвовать в региональных или других глобальных организациях, существующих в соответствии с Уставом ООН, и стремиться к мирному развитию экономической и политической жизни, то добиться вышеизложенного будет весьма сложно.
Это подтверждает необходимость более тесного сотрудничества между свободными странами на региональном или более широком уровне, как с точки зрения переговорного процесса, так и в интересах наращивания потенциала свободного мира (см. раздел Г).
В заключение можно отметить, что переговоры не должны восприниматься как полноценная программа действий. Переговоры - это лишь средство, способствующее наращиванию сил, обретению более выгодных позиций в холодной войне и снижающее риск реальной войны. Нашей конечной целью является договоренность с Советским Союзом (либо государством или государствами-преемниками), которая будет являться гарантией мира во всем мире. Вместе с тем важно подчеркнуть, что достижение подобной договоренности может быть лишь результатом создания свободными странами такой политической и экономической системы, которая не оставит Кремлю ни малейшего шанса на осуществление своего плана по подчинению мира. Проводимый в последующих разделах анализ указывает на то, что формирование такой системы требует форсированной реализации текущего политического курса.


А. Первый курс - продолжение нынешней политической линии с текущими и планируемыми в настоящее время программами для претворения этой линии в жизнь
1. Военные аспекты. Программы, имеющиеся у США, предполагают значительный военный потенциал, но фактический уровень боеспособности, несмотря на некоторые улучшения по сравнению с уровнем боеспособности СССР, снижается. Особенно, если допустить наличие у последнего водородной и/или термоядерной бомбы. То же самое можно сказать о состоянии боеспособности всего свободного мира в целом по сравнению с состоянием общей боеспособности советского блока. Если война разразится в 1950 году или в последующие несколько лет, Соединенным Штатам и их союзникам, помимо нанесения мощного атомного удара, придется попытаться придерживаться выжидательной тактики, наращивая при этом силы для генерального наступления. Беспристрастная оценка требований обороны Соединныx Штатов и защиты их жизненных интересов на фоне сохранения активной позиции в ходе холодной войны, с одной стороны, И реально имеющихся возможностей - с другой, указывает на наличие существенного и при этом постоянно растущего разрыва между ними.
Анализ советской политики показывает, что состояние как фактической, так и потенциальной боеспособности Соединенных Штатов и остальной части свободного мира, с учетом открытой решимости свободного мира противостоять дальнейшей советской экспансии, не заставило Кремль ослабить давление или отказаться от инициативы в холодной войне. Напротив, Советский Союз последовательно проводит агрессивную внешнюю политику, которая смягчается только тогда, когда его действия наталкиваются на решимость и способность свободного мира сопротивляться посягательствам на его независимость. Относительное состояние боеспособности свободного мира ухудшается, может ослабить его волю к сопротивлению, а это может поставить под угрозу безопасность Соединенных Штатов и свободного мира в целом.
С военной точки зрения фактическая и потенциальная боеспособность США при условии продолжения выполнения нынешних и запланированных программ будет постепенно утрачивать свою эффективность в качестве фактора сдерживания. Повышение боеспособности будет приобретать все более серьезное значение не только в связи с необходимостью предотвращения развязывания войны Советским Союзом, но и в связи с необходимостью поддерживать национальную политику, направленную на изменение опасных тенденций в международных отношениях, имеющих место быть в настоящее время. Наращивание военной ­мощи США и свободного мира является важнейшим условием для достижения целей, указанных в настоящем докладе, а также д,ля защиты Соединенных Штатов от катастрофы.
К счастью, благодаря политике, выработанной конгрессом, энергичному воплощению этой политики администрацией как в области организации, так и в области экономики, военная организация Соединенных Штатов превратилась в единую и эффективную силу. Теперь она является фундаментом, с помощью которого можно быстро наращивать потенциал с максимальной эффективностью и экономией.

2. Политические аспекты. Советский Союз удерживает инициативу в эскалации конфликта со свободным миром. Его атомный потенциал наряду с успехами на Дальнем Востоке подстегнул его уверенность и повысил нервозность в Западной Европе и в остальной части свободного мира. Конечно, у нас нет уверенности в том, насколько настойчиво Советский Союз будет следовать этой инициативе, как нет у нас уверенности и в том, насколько другие свободные страны проявят силу или слабость, реагируя на нее. Однако имеются зловещие признаки ухудшения ситуации на Дальнем Востоке. Кроме того, есть признаки ожидаемого падения уверенности и боевого духа в странах Западной Европы. В частности, ситуация в Германии остается нестабильной. Если среди свободных наций распространится убеждение или подозрение в том, что они не смогут помешать Советскому Союзу предпринять военные действия, описанные в главе V, если он того пожелает, решимость свободных стран оказывать сопротивле­ние может ослабнуть и они могут уступить соблазну выбрать позицию нейтралитета.
С политической точки зрения признание военных последствий нынешних тенденций означает, что Соединенным Штатам и другим свободным странам придется отойти на оборонительные позиции или прибегнуть к опасной политике блефа, потому что удержание твердой инициативы в холодной войне тесно связано с высокой степенью боеготовности.
Проблема заключается главным образом вне соответствии имеющегося у свободного мира фактического военного потенциала и уровня угрозы, потому что свободный мир обладает экономическим и военным потенциалом, который намного превышает потенциал Советского Союза и его сателлитов. Однако советская угроза легла густой тенью на Западную Европу и Азию, под­тверждая агрессивность политики СССР. У свободного мира отсутствуют достаточные средства - в форме имеющихся военных возможностей - для предотвращения такой экспансии в местном масштабе. Таким образом, Соединенным Штатам все чаще придется сталкиваться с дилеммой, реагировать ли им в широком масштабе на ограниченное увеличение советского контроля или не реагировать вообще (за исключением неэффективного выражения протеста и полумер). Поэтому следование существующим тенденциям скорее всего приведет к постепенному оставлению позиций под непосредственным или косвенным давлением Со­ветского Союза, до тех пор пока однажды мы не увидим, что пожертвовали своими жизненно важными интересами. Другими словами, получится, что Соединенные Штаты в результате отказа принимать необходимые решения и предпринимать соответству­ющие действия окажутся изолированными в Западном полушарии. В лучшем случае такой курс приведет всего лишь к относи­тельно кратковременному перемирию и закончится либо нашей капитуляцией, либо оборонительной войной вне благоприятных условиях и с невыгодных позиций против Советской империи, захватившей большую часть Евразии или всю ее целиком (см. раздел Б).

З. Экономический и социальный аспекты. Как говорилось в главе VI, нынешняя внешнеэкономическая политика и программы США не решат проблемы установления международного экономического равновесия, в особенности проблему курса доллара и не помогут создать экономический фундамент, способствующий политической стабильности во многих свободных государствах.
Программа восстановления Европы с точки зрения содействия восстановлению и расширению производства в Западной Европе сыграла ключевую роль в создании заслона распространению коммунистической заразы в Западной Европе. Однако уровень влияния Западной Европы на международные дела, соответствующий ее потенциальным возможностям, пока восстановлен лишь частично. Достижение прогресса в этом направлении потребует интегрированных политических, экономических и военных усилий и реализации программ, осуществляемых при поддержке Соединенных Штатов и стран Западной Европы, которые, возможно, будут подразумевать более активное участие Соединенных Штатов, чем это предусматривалось ранее.
Программа Пункт N (Point N Program) и другие программы помощи будут согласно нынешним ожиданиям не в состоянии поддержать усилия других важных государств по созданию эффективных институтов повышения качества управления своими делами и достижения достаточного уровня экономического развития. Умеренные режимы, находящиеся у власти во многих странах (таких, как Индия, Индонезия, Пакистан и Филиппины), могут не суметь восстановить или сохранить поддержку населения И власть, если им не будет оказана помощь для более скорого улучшения экономической и социальной структуры, чем могут обеспечить действующие программы.
Исполнительная ветвь власти в настоящее время взялась за изучение проблемы платежного баланса Соединенных Штатов и тех мер, которые Соединенные Штаты могут предпринять для установления международного экономического равновесия. Это очень важный проект, и работа над ним должна быть поставлена во главу угла. Однако если такая экономическая программа не будет сопровождаться и дополняться не менее дальновидной и энергичной военно-политической программой, нам не удастся остановить и повернуть вспять агрессию Кремля.

4. Переговоры. Следуя своему нынешнему курсу, свободный мир не сумеет эффективно воспользоваться огромным превос­ходством своего политического, экономического и военного потенциала, для того чтобы установить приемлемый порядок вещей во взаимоотношениях между нациями. Напротив, политическое, экономическое и военное положение в свободном мире уже яв­ляется неудовлетворительным и продолжит усугубляться, если мы не предпримем действий для того, чтобы изменить направле­ние действующих тенденций.
Эта ситуация препятствует успеху переговоров с Кремлем, так как условия соглашений по важнейшим вопросам, решаемым в настоящее время, будут отражать существующие реалии, а следовательно, будут неприемлемыми, если не сказать катастрофи­ческими, для Соединенных Штатов и остальной части свободного мира. Если бы не были приняты решения и предприняты дей­ствия по наращиванию силы Соединенных Штатов и свободного мира в самом широком смысле, то попытки вести переговоры по всеобщему урегулированию на приемлемых для нас условиях оказались бы неэффективными, а сами переговоры, возможно, затянулись бы, тем самым значительно задержав принятие необходимых мер для наращивания нами военного потенциала.
Это правда, несмотря на тот факт, что у Соединенных Штатов сейчас имеется возможность нанести мощный удар по Советскому Союзу в случае войны, потому что реальность в настоящее время заключается в том, что Соединенные Штаты не готовы вос­пользоваться угрозой нашего нынешнего ядерного преимущества с целью заставить Советский Союз вступить в приемлемые для нас соглашения. При существующем развитии событий Советский Союз не отступит, и единственным возможным основанием для всеобщего урегулирования будут сферы влияния и отсутствия влияния - "урегулирование", которым Кремль воспользуется с готовностью в свою пользу. Идея, что Германия, или Япония, или другие важные регионы смогут существовать в виде нейт­ральных островов в разделенном мире, нереальна, если учесть планы Кремля на мировое владычество.

Б. Второй курс - изоляция

Следование существующим тенденциям, как было показано выше, постепенно приведет к отступлению Соединенных Штатов от своих нынешних обязательств в Европе и в Азии и к нашей изоляции в Западном полушарии и на подступах к нему. Такая ситуация явится результатом не сознательного решения, а нежелания предпринимать действия, необходимые для того, чтобы поднять уровень наших возможностей до такой степени, чтобы мы смогли выполнять свои обязательства, и, следовательно, от­ступления под давлением. Такое давление может исходить со стороны наших нынешних союзников, которые будут пытаться искать другие "решения", если они начнут сомневаться в нашей решимости усилить наши попытки по созданию успешно функ­ционирующей политической и экономической системы в свободном мире.
Среди нас существуют сторонники добровольной изоляции.
С поверхностной точки зрения такой образ действий не лишен определенной привлекательности, поскольку он позволит привести в соответствие наши возможности и обязательства за счет сокращения первых и сосредоточения наших текущих, а возможно, и дополнительно сниженных военных расходов на обороне Соединенных Штатов.
Этот аргумент не учитывает относительности возможностей.
Если Соединенные Штаты окажутся в изоляции, то нам придется столкнуться с вероятностью, что Советский Союз быстро захва­тит большую часть Евразии, возможно, даже не встречая вооруженного сопротивления. За счет этого у него появится потенциал, который будет значительно превышать наш собственный, и он незамедлительно начнет наращивать этот потенциал с целью уничтожения нашей державы, которая, даже будучи изолирована, по-прежнему будет представлять для него угрозу и являться препятствием для установления его миропорядка. Мы перестанем представлять опасность для Кремля, лишь полностью подчи­нившись его воле. Таким образом, изоляция в конце концов заставит нас либо капитулировать, либо сражаться в одиночку и на оборонительных позициях, причем наши наступательные и контрнаступательные ресурсы будут несравнимо меньше, чем у Советского Союза. (Такое развитие событий является единственно возможным, если только мы не захотим рисковать своим будущим, полагаясь на то, что Советская империя из-за своих чрезмерных размеров или по другим причинам спонтанно разрушит сама себя изнутри.)
Этот аргумент также не предусматривает непредсказуемого, но тем не менее очень сильного воздействия добровольного решения изолироваться на нашу веру в свои силы и в правильность нашего образа жизни. Когда Советский Союз захватит свободные страны, очевидно, что многие американцы ощутят чувство глубокой ответственности и вины за то, что они бросили своих бывших друзей и союзников. Как только Советский Союз мобилизует ресурсы Евразии, повысив свой относительный военный потенциал и уровень угрозы для нашей безопасности, у некоторых появится соблазн принять "мир" на его условиях. В то же время многие будут пытаться защищать Соединенные Штаты за счет создания строго регламентированной системы, которая позволит направить большую часть имеющихся у нас ресурсов на оборонные цели. При таком порядке вещей наш национальный дух начнет разлагаться, а целостность и жизнеспособность нашей системы будут подорваны.
Если мы последуем по этому курсу, то все переговоры будут вестись только на условиях Кремля, потому что нам придется от­казаться от всего самого важного.
Существует вероятность, что на определенном этапе нашей изоляции многие американцы начнут поддерживать идею внезапного нападения на Советский Союз и территорию, находящуюся под его контролем, в отчаянной попытке резко изменить равновесие сил нанесением сокрушительного удара с использованием оружия массового уничтожения. Вряд ли Советский Союз будет ждать такой атаки и не нападет первым. Но даже если бы это было так и даже если бы наше нападение было успешным, очевидно, что Соединенным Штатам придется столкнуться с тягостной необходимостью наведения относительного порядка в отношениях между нациями после такой войны и после многолетней оккупации большей части Евразии Советским Союзом. Эта задача выглядит столь масштабной, а успех столь маловероятным, что разумнее будет попытаться достичь наших целей другими средствами.

В. Третий курс - война
Некоторые американцы выступают за принятие решения начать войну против Советского Союза в ближайшем будущем. Нет никаких сомнений в том, что идея "упреждающего удара" в значении военного нападения, не вызванного военным нападением на нас или наших союзников, - для американцев является неприемлемой ни при каких обстоятельствах. Ее сторонники утверждают, что, поскольку Советский Союз уже сейчас фактически находится в состоянии войны СО свободным миром, поскольку тот факт, что Советский Союз не воспользовался своей боевой мощью в полной мере, диктуется исключительно вопросами це­лесообразности, мы находимся в состоянии войны и должны вести себя соответственно. Некоторые также утверждают, что сво­бодный мир не способен мобилизовать и направить свои ресурсы на то, чтобы противостоять притязаниям Кремля на мировое гос­подство, если только он не окажется в состоянии военного кризиса. В свете исторических событий это сильный аргумент, но сооб­ражения против войны настолько серьезны, что свободный мир обязан продемонстрировать неправильность этого аргумента. Доводы в пользу войны основаны на предположении, что Соединенные Штаты смогут осуществить нападение достаточной силы и начать наступление, с тем чтобы завладеть решающим преимуществом для свободного мира в длительной войне и возможно быстро прийти к ее быстрому завершению.
В настоящее время возможность осуществления активных наступательных операций Соединенными Штатами ограничивается нападением с применением атомного оружия. Можно было бы нанести мощный удар по Советскому Союзу, но, судя по оценкам, одних таких операций будет недостаточно, чтобы заставить или побудить Кремль капитулировать, и Кремль по-прежнему сможет воспользоваться силами, находящимися под его контролем, для того чтобы захватить Евразию полностью или частично. Это может означать трудную и длительную борьбу, в процессе которой свободные институты Западной Европы и большое количество свободолюбивого населения будут уничтожены, после чего Западной Европе будет очень трудно восстановиться.
Однако, помимо всего прочего, несмотря на провокационное поведение Советов, большинство американцев сочтет неожиданное нападение на Советский Союз недопустимым. Хотя американский народ, возможно, будет дружно ратовать за повышение боеспособности страны, шок, вызванный сознанием ответственности за совершение внезапного нападения, может оказаться гу­бительным для морали народа. Многие будут сомневаться в справедливости такой войны и в том, что все разумные возможности для мирного урегулирования были добросовестно испробованы. Гораздо большее количество людей в других странах будет при­держиваться такого же мнения, в частности в Западной Европе, в особенности в странах, переживших советскую оккупацию, хотя бы уже потому, что Советы к тому времени уничтожат всех своих явных противников. Победа в такой войне мало что нам даст, если это вообще можно будет считать победой в фундаментальном идеологическом конфликте.
Эти соображения не теряют своего значения, несмотря на их умозрительный характер, и они не позволят нам осуществить нападение, если только речь не идет о демонстративном контрударе в ответ на удар, который нам уже непосредственно соби­раются нанести. (Военные преимущества нанесения удара первыми приобретают особую важность в случае современных вооружений, и этот факт требует, чтобы мы всегда находились в состоянии готовности, с тем чтобы обрушить всю мощь нашего удара, как только на нас нападут, а по возможности еще до того, как Советы смогут нанести нам свой удар.) Если принять аргу­мент, приведенный в главе IV, то из него следует, что "простого" решения не существует и что единственный способ одержать уверенную победу заключается в том, чтобы разрушить планы Кремля, постоянно развивая моральные и материальные пре­имущества свободного мира и проецируя их в советский мир таким образом, чтобы способствовать изменению советской системы изнутри.

Г. Оставшийся курс действий - быстрое наращивание политического, экономического и военного потенциала в свободном мире

Ускоренное по сравнению с тем, что предусматривалось ранее, наращивание политического, экономического и военного потенциала, а тем самым и уверенности свободного мира в своих силах представляет собой единственный курс, который сообра­зуется с прогрессом в достижении нашей фундаментальной цели. Подрыв планов Кремля требует создания свободным миром успешно функционирующей политической и экономической системы и энергичного политического наступления на Советский Союз. д,ля этого, в свою очередь, требуется надежный военный щит, под прикрытием которого эти системы смогут развиваться. Необходимо обладать достаточной военной мощью для того, чтобы сдержать по возможности советскую экспансию и разгромить в случае необходимости Советы или инспирируемые Советами силы при осуществлении агрессии как ограниченного, так и то­тального характера. Свободный мир обладает огромным силовым потенциалом; его способность развивать свою военную мощь к сопротивлению советской экспансии будет определяться мудростью и волей, которые необходимы для решения его политических и экономических проблем.

1. Военные аспекты. В главе VI говорилось, что военные силы CШA в стратегическом смысле носят скорее оборонительный ха­рактер, нежели наступательный, и скорее потенциальный характер, нежели фактический. Из анализа прошлого и из тенденций развития вооружений в их нынешнем виде и в том, который они приобретут в будущем, очевидно, что абсолютно неуязвимой обороны не существует. История военных действий также указывает на то, что благоприятного исхода можно добиться исклю­чительно наступательными действиями. Даже оборонительная стратегия для достижения успеха требует не только сил обороны для удержания жизненно важных позиций, при мобилизации и подготовке к наступлению, но и наступательных сил для напа­дения на противника и лишения его равновесия.
Силы, которыми мы располагаем или которые находятся в состоянии боевой готовности, должны удовлетворять двум требова­ниям: поддержанию внешней политики и защите от катастрофы. для того чтобы обеспечить выполнение второго требования, силы, которыми мы располагаем или которые находятся в боевой готовности, должны быть в состоянии как минимум выполнить определенные базовые задачи:
а) Защитить Западное полушарие и ключевые территории союзников, с тем чтобы последние могли наращивать свой военный потенциал.
б) Создать и защитить мобилизационную базу на то время, пока будет осуществляться накопление наступательных сил, необ­ходимых для достижения победы.
в) Вести наступательные операции с целью уничтожения основных элементов советской боеспособности и не давать противнику обрести равновесие до тех пор, пока Соединенные Штаты и их союзники не накопят достаточный потенциал для полномас­штабного наступления.
г) Защищать и сохранять за собой линии коммуникаций и места расположения баз, необходимые для выполнения вышеуказанных задач.
д) Предоставлять союзникам помощь, необходимую для выполнения ими отведенной им роли в вышеуказанных задачах.
В широком смысле способность выполнить эти задачи потребует от Соединенных Штатов и их союзников поднять свою военную мощь до такого уровня, чтобы как на начальном этапе, так и на протяжении войны их объединенные силы превосходили силы, которые смогут выставить Советский Союз и его сателлиты. Если говорить более конкретно, то нет необходимости обеспечивать соответствие сил с силами Советского Союза по каждому пункту, но следует обеспечить адекватную оборону на случай воздушной атаки на Соединенные Штаты и Канаду и на случай воздушной и наземной атаки на Соединенное Королевство и Западную Ев­ропу, Аляску, западную часть Тихого океана, Африку и Ближний и Средний Восток, а также на протяженные линии коммуникации, ведущие к этим территориям. Кроме того, обязательным условием при наращивании нашей военной мощи является рост нашего технического превосходства за счет усиленной эксплуатации научного потенциала Соединенных Штатов и наших союзников.
Силы такого масштаба и характера нужны не только для защиты от катастрофы, но и для поддержки нашей внешней политики. На самом деле можно возразить, что увеличение имеющихся военных сил и сил повышенной готовности необходимо скорее для сдерживания будущего агрессора, чем для создания силового ядра и мобилизационной базы, на основе которых будет строиться гигантская мощь, необходимая для обеспечения победы. Например, как в Первой, так и во Второй мировой войне победители об­ладали достаточными для победы силами в конце войны, при том что они не располагали достаточным потенциалом и силами по­вышенной боеготовности для того, чтобы предотвратить войну. Частично это произошло потому, что они не обладали достаточ­ным военным потенциалом для того, чтобы обеспечить жесткую линию внешней политики. В любом случае, очевидно, что быст­рое и значительное наращивание силы в свободном мире необходимо для поддержания твердой политики, направленной на то, чтобы остановить стремление Кремля к мировому господству.
Более того, Соединенные Штаты и другие свободные страны не обладают готовыми силами для противодействия Советам в местных конфликтах, поэтому им придется смириться с потерей позиций или воспользоваться такими действиями в местном масштабе в качестве повода для войны, к которой мы не готовы. Эта ситуация вызывает серьезное беспокойство наших союз­ников, особенно в Западной Европе, для которых тотальная война означает прежде всего советскую оккупацию. Таким образом, если наши совокупные силы не будут значительно увеличены в ближайшем будущем, наши союзники постепенно станут про­являть нежелание поддерживать проводимую нами твердую внешнюю политику и начнут все более активно искать другие ре­шения, несмотря на то что они понимают, что политика умиротворения означает поражение. Важное преимущество четвертого курса действий состоит в наличии психологического фактора возрождения уверенности и надежд на будущее. Разумеется, мы понимаем, что любое публичное объявление о принятии рекомендованного курса будет эксплуатироваться Советским Союзом в его кампании по борьбе за мир и может вызвать нежелательный психологический эффект в определенных частях свободного мира, пока не осуществлено значительное увеличение военного потенциала. Поэтому в любых публичных заявлениях относительно политического курса и характера принимаемых мер следует делать акцент на их оборонительную суть и постараться по возможности свести к минимуму отрицательные реакции внутри страны и за рубежом.

2. Политический и экономический аспекты. Ближайшие задачи, для выполнения которых наращивание военной силы явл



Поделись интересным с другом!



Ещё есть:
  • Директива СНБ-68 (NSC-68) (часть 3)
  • План Даллеса (цели США в войне против России)
  • Директива СНБ-68 (NSC-68) (часть 1)
  • Меморандум 20/1 1948
  • "Это честные и скромные люди ..."


  •  
    Автор: Allen Dulles Версия для печати Просмотров: 6522
    Теги: будет, чтобы, войны, также, свободного, Соединенных, Штатов, время, может, нашей, наших, системы, случае, Соединенные, Штаты, Советский, оружия, Кремля, атомного, которые

    Получить ссылку на новость.




    © 2010 ADulles.ru